«Проект “Дракон”» и говорящие камни

«Проект “Дракон”» – развёрнутая в конце 1970-х гг. в Британии программа комплексного изучения мегалитических памятников. Эта программа принесла удивительные результаты, заставив науку во многом иначе взглянуть на хенджи, кромлехи и менгиры. Огромное количество приборных и других измерений убеждает в серьёзности результатов, полученных в ходе работ. Вместе с тем широкой общественности, особенно в России, почти ничего не известно о проекте и его результатах, о том, как проходили работы, о трудностях, сомнениях и многочисленных проблемах, с которыми пришлось столкнуться исследователям. Надеемся, эта небольшая публикация частично восполнит сей прискорбный пробел. Кроме того, она являет собою, можно сказать, образец научно-методического подхода, которому стоило бы следовать и нашим энтузиастам изучения Непознанного.

Проект "Дракон" и говорящие камни. Фото Пола Деверо (1)Проект "Дракон" и говорящие камни

Статья впервые опубликована в журнале «New Scientist» (№ 21 за 1982 г.). Благодарим Михаила АЗАРОВА (Санкт-Петербург) за возможность ознакомиться с оригиналом текста. – Ред.

На холмах и равнинах Великобритании расположены некоторые из наиболее загадочных и интригующих творений человеческих рук. Это Стоунхендж в графстве Уилтшир, Роллрайт в графстве Оксфордшир, Моэл-Тай-Учаф в Уэльсе и в Керн-Tи в Ирландии: круги стоячих камней, построенные нашими предками в конце неолита и раннем бронзовом веке, во втором тысячелетии до нашей эры. Ортодоксальная археология несколько наивно считает их просто древними культовыми местами. В 1950-х и 1960-х годах профессор Александр Том из Оксфордского университета после тщательного изучения планировки и размещения каменных кругов пришёл к выводу, что в них заключены древние и довольно сложные знания из области метрологии и астрономии. Помимо этих респектабельных, хотя иногда и спорных, академических теорий имеются предания и фольклорные рассказы о человеческих жертвоприношениях, о людях, превратившихся в камень, или о том, как сами камни вращаются или спускаются к воде, чтобы напиться. В этой же области слухов, которые профессор Глин Даниэль из Кембриджского университета назвал «за-археологией», бытует неоднозначная, но интригующая идея, будто существует сила, называемая «земной энергией», которую наши далёкие предки, более мистичные и не столь невнимательные, как мы, были в состоянии обнаруживать и возводили каменные круги в точках её скопления. «Земная энергия» остаётся понятием мистическим, а не механистическим. Однако за последние пять лет я и мои коллеги, объединив свои усилия под общим знаменем «Проекта “Дракон”», показали, что на каменных кругах действительно присутствуют несколько видов излучений аномально высокого и аномально низкого уровня. Каменные круги – чем бы они ни были, какой бы цели ни служили, – не только элементы пейзажа.

«Проект “Дракон”» (хотя его название появилось не сразу) родился в одном из пабов в Паддингтоне (Лондон) в ноябре 1977 года. Нас было около двадцати человек, объединённых общим интересом к каменных кругам, из самых различных слоёв общества. В их число входили калифорнийский археолог Джон Стил, физики, в том числе доктора Саймон Хейселер, Эдуардо Балановский и Дерек Бэнкс; даузер Том Грейвс, писатель Пол Деверё, занимающийся исследованиями в области археологии, инженеры-электронщики и я, химик. В центре разговора была земная энергия. Сторонники теории существования земной энергии предположили, что она – своеобразный результат взаимодействия различных форм электромагнитной и механической энергии, которые возникают в земной коре и взаимодействуют с солнечным и космическим излучением. В определённое время – например, в день летнего солнцестояния, согласно теории, энергия скапливается в определённых точках, или узлах, или на линиях, которые их соединяют. Кое-кто предполагает, что люди, обладающие парапсихологическими способностями, или даузеры способны обнаруживать эти фокусы энергии, тогда как простые смертные способны ощутить лишь некую расплывчатую «атмосферу» в том или ином месте. Некоторые говорили, что древние люди эпохи неолита были чувствительны к воздействию этих энергетических узлов и строили в них свои храмы и гробницы, а другие предполагали, что наши предки из каменного и бронзового века были даже способны направлять и усиливать эту энергию путём соединения структур в сложную сеть, совершая трудоёмкие работы по изменению ландшафта.

Искусство и наука управления энергией оказались утрачены (по гипотезе сторонников) с наступлением энеолита и быстрым распространением металлов. Всё это очень расплывчато, возможно, слишком мистично, чтобы согласиться. Однако странные каменные круги, на сооружение которых потребовалось столько человеческих усилий и которые окружены столькими легендами, казалось, требуют убедительного объяснения. Гипотеза земной энергии, как сказал Пол Деверё, требовала формального научного исследования.

Проект "Дракон" и говорящие камни. Фото Пола Деверо (2)В Роллрайте (графство Оксфордшир) продолжительность и интенсивность ультразвуковой пульсации сильнее всего в дни равноденствий, а в дни солнцестояний отмечены лишь незначительные эффекты. Исследователи из «Проекта “Дракон”»: Джон Стил (археолог из Калифорнии) – слева; Джефф Бланделл из «Аудио Лтд.» – в центре; Лесли Бэнкс. Фото П. Деверё.

В этом смысле вставали две совершенно отдельные проблемы:
– во-первых, можно ли обнаружить у каменных кругов какие-либо физические излучения, параметры которых отличаются от нормального фонового излучения в большую или меньшую сторону;
– во-вторых, действительно ли человек может реагировать на эти силы каким-либо образом, начиная от даузинга или биологического и психического зондирования.

Мы специально сконцентрировались на первой проблеме, чтобы проверить, существуют ли у каменных кругов некие особые физические излучения, которые поддаются измерению.

Было очевидно, что корректное достижение цели исследовательской программы потребует денег и много времени. Проект будет действовать в течение нескольких лет. Оборудование, которое нам, вероятно, понадобится, стоит дорого, и даже если нам удастся одолжить его, средства по-прежнему будут необходимы, чтобы покрыть расходы участников проекта и добровольцев, регулярно выезжающих на места для проведения интенсивного мониторинга.

Был также один отдельный вопрос, на который следовало найти ответ ещё до того, как будут решены прочие практические и материально-технические вопросы. Что именно мы будем измерять? «Сплошные» измерения всего подряд невозможны по финансовым соображениям, для длительного изучения могут быть взяты лишь несколько тщательно отобранных парамет­ров. Такое сужение вариантов заставило нас сделать выбор: либо выдвинуть ряд гипотез о том, что имеют место излучения неких энергий, а затем проверить эти предположения, либо проверять сообщения о том, что иногда такие места излучают некую энергию. Этот последний вариант был проще, и мы выбрали его.
Две таких сравнительно недавних и интригующих истории из неофициальных источников, изложенных лично нам, казались правдивыми. О первой из них, связанной с ультразвуковым излучением, поведал Полу Деверё некий зоолог. Зоолог использовал ультразвуковой детектор для наблюдения за ночной жизнью летучих мышей. На рассвете, когда он возвращался домой, по-прежнему включённый детектор показал сильный сигнал от древнего места, не похожий ни на что, зарегистрированное учёным ранее.

Вторая история включала два сообщения об аномалиях, отмеченных с помощью счётчика Гейгера. Учёные, работавшие на каменных кругах в Моэл-Тай-Учаф вблизи Лланголлен в Уэльсе, а также около Уппсалы в Швеции, зафиксировали необычно высокие значения – в обоих случаях тогда же, когда из тех мест сообщали о странных воздушных феноменах, в том числе о так называемых «огненных шарах».
Одному из наших экспертов-электронщиков было поручено сделать надёжный переносной ультразвуковой дефектоскоп, и наша встреча завершилась решением о сборе средств для покупки счётчика Гейгера и для обеспечения намеченного мониторинга.
Прошёл почти год, прежде чем мы начали проводить какие-либо измерения. Но за этот год мы добились трёх важнейших вещей. Мы определились с местом проведения изысканий; собрали кое-какие средства от заинтересованных лиц, приобрели оборудование и снаряжение и дали проекту имя и описание.

Выбранной для мониторинга опорной точкой был каменный круг в Роллрайте, на севере Оксфордшира. Он находится в частной собственности Полины Флик, которая предоставила нам неограниченный доступ к камням. Круг в Роллрайте был особенно интересен тем, что расположен около изолированного менгира (одиночный стоячий камень), называемого Король-камень, и разрушенного дольмена (погребальной камеры), который называют Шепчущие рыцари (или Пять рыцарей). Местность изобилует легендами о движущихся камнях и окаменевших людях, раскопки здесь никогда не проводились. Хотя здесь имеются мегалитические сооружения трёх основных типов (круг, дольмены и менгир), доказательства того, что их когда-то было гораздо больше, отсутствуют. До недавнего времени около Кингстона стоял ещё один менгир, который назывался Гофф-камень (он отмечен на карте 1920-х годов), а в округе имелись и два других каменных кольца, ныне стёртых с лица земли сельским хозяйством. Были также свидетельства, что Король-камень не был изолированным, но являлся частью большего, ныне исчезнувшего сооружения.

Проект "Дракон" и говорящие камни. Фото Пола Деверо (3)Каменное кольцо в Роллрайте

Наша программа к этому времени обрела своё лицо. Она получила название «Проект “Дракон”», его предложил Джон Стил. Дракон является одним из символов китайского искусства геомантики и символизирует потоки «энергии Земли». Это было удачное средство привлечь специалистов и добровольцев.

В октябре 1978 года Майк Робертс, специалист проекта по электронике, сделал чувствительный широкополосный ультразвуковой детектор надёжной конструкции. Как консультант физической составляющей программы мониторинга, я решил опробовать его в Роллрайте на рассвете, поскольку именно в это время суток упомянутый выше зоолог зарегистрировал аномальный ультразвук. Как и следовало, я приехал в Роллрайт перед рассветом туманного росистого утра конца октября и стал бродить по месту, держа детектор и с готовностью делая вид, будто это – транзисторный радиоприёмник (на случай, если столкнусь со случайными посетителями). Детектор показал мерцание, минимальный фон, но в непосредственной близости от Король-камня я наблюдал быстрые регулярные пульса­ции. Этот ультразвуковой эффект был заметен в нескольких ярдах вокруг Король-камня, но не был ярко выражен в непосредственной близости от каменного круга или Пяти рыцарей. Вскоре после рассвета он исчез.

Эти первоначальные данные были весьма загадочны, они порождали больше вопросов, чем давали ответов. Могло ли быть, что датчик по ошибке фиксировал радиосигналы, или всё же то был реальный эффект? Если реальный, исходил ли он от собственно камней или от места? В течение следующего года мы достаточно регулярно вели мониторинг камней на рассвете и проследили местоположение, относительную силу и продолжительность таинственных пульсаций на всём сооружении. Активность казалась наибольшей в дни равноденствия, а вот в дни солнцестояний отличий от фона мы обнаружить не смогли.

Проект "Дракон" и говорящие камни. Фото Пола Деверо (4)Король-камень в Роллрайте

Со временем недостатки детектора стали более очевидными, хотя он и использовался, конечно же, только для предварительных оценок. Мы начали собирать деньги на более чувствительные детекторы нового поколения с возможностью записи и устроили серьёзную перепроверку полученных данных, чтобы исключить приём сигналов от посторонних источников. Нам всё время было интересно, может ли регулярная пульсация возникать от внешних источников, таких как радиосигналы. Мы также проверили, не мог ли ультразвук порождаться подвижками в расположенном неподалёку разломе, который представляет собою хорошо изученное геологическое образование. Однако, когда мы провели мониторинг линии разлома, мы не нашли никаких отличий от фона, и во многих контрольных точках, которые приходились на городские улицы, садики, горные вершины и мосты через реки, расположенные вблизи и вдали от Роллрайта, мы наблюдали только случайные слабые фоновые сигналы. Даже рядом с радиопередатчиком мы не зарегистрировали этих странных регулярных пульсаций, обнаруженных нами в Роллрайте. Мы решили не строить серьёзных предположений о воздействии этих ультразвуковых колебаний, пока не будут получены основательные и независимые данные, которые доказывали бы реальность этого эффекта.

Проект "Дракон" и говорящие камни. Фото Пола Деверо (5)Моэл-Тай-Учаф

В 1979 г. мы начали использовать счётчики Гейгера – как в Роллрайте, так и на контрольных участках, на которых исследовали ультразвуковые колебания. Мы использовали надёжный портативный датчик, а показания записывали вручную. Постепенно мы построили профили излучения вокруг различных компонентов мегалитического сооружения и, хотя обнаружили некоторые отклонения в большую или меньшую стороны от среднего фона, который составляет 22 цикла в минуту(Недостатком счётчика Гейгера является отсутствие возможности идентифицировать частицы и определять их энергию, то есть, в конечном счёте, определять собственно уровень фона в принятых единицах измерения. В тексте приводятся показания, которые определяются по количеству зарегистрированных частиц в минуту.), чётких доказательств, что уровень радиации внутри кольца отличается от фонового, не было. Мы начали думать, что какие-либо существенные различия могут обнаружиться только при тщательном статистическом анализе. В феврале 1980 г. мы провели месячный круглосуточный мониторинг; февраль – период, когда проявления ультразвуковых излучений наиболее выражены. Джон Стил предложил дать этому проекту кодовое название «Операция Мерлин-1», или OM1. По счастью, нам помогли несколько добровольцев, не ждавших никакого ощутимого вознаграждения, кроме минимальной компенсации расходов.

В ходе тщательного мониторинга в ряде контрольных точек между каменным кольцом и менгиром, а также прилегающих к кольцу и в одной точке внутри кольца было отмечено существенное превышение нормального фона. Эти «горячие точки» имели чёткие границы и занимали площадь несколько квадратных метров. Вне этих участков уровень радиации был в пределах нормы. Анализ результатов, полученных в ходе OM1, всё ещё продолжается, но предварительный общий анализ данных свидетельствует, что показания в некоторых точках разбитой сетки, в частности, около Король-камня, были несколько ниже фоновых.

Проект "Дракон" и говорящие камни. Фото Пола Деверо (6)Мегалиты Мерри-Мейден

OM1, безусловно, принёс куда больше данных, но в рамках статьи недостаточно места для обсуждения результатов измерений электрического сопротивления, инфракрасных фото камней, хотя нами также получены интересные и, возможно, поразительные результаты. Однако эти данные ничего не доказывают и не позволяют сделать выводы, сейчас важнее всего повторить эксперименты, чтобы выяснить, воспроизводимы ли зарегистрированные нами эффекты.

Проведение OM1, однако, почти истощило средства проекта. У нас были только интригующие фрагментарные данные. Даже если бы мы могли собрать достаточно средств на ремонт и замену оборудования, повреждённого в строгих условиях проведения OM1, нам предстояло сделать мучительный выбор между попытками обобщить полученные в Роллрайте данные или распространением работы на другие мегалитические сооружения, дабы рассмотреть явление в более широком контексте.

Проект "Дракон" и говорящие камни. Фото Пола Деверо (7)Радиоактивность в Роллрайте. Фоновое излучение составляет около 22 единиц. Излучение вокруг собственно каменного кольца (так называемой Королевской рати) едва ли отличается от фонового, а вот около отдельно стоящего Король-камня уровень излучения как будто снижается (1).
Как бы то ни было, в мегалитическом комплексе в Роллрайте имеются аномальные «всплески», когда уровень излучений существенно выше, около 30 единиц, а порою и более, до 50 единиц (2). Кроме того, в ходе 24-часового мониторинга зафиксированы пять «вспышек» излучения на протяжении нескольких минут (3)

В итоге скромный ручеёк финансирования позволил нам, после долгих размышлений, попытаться достичь компромисса между различными стратегиями. Мы заказали новое оборудование – в частности, ещё один ультразвуковой детектор второго поколения с многими необходимыми дополнительными функциями (большая чувствительность, автоматическая регистрация данных, звуковой контрольный выход и сменные трансформаторы для измерения показаний на разных частотах), что позволило нам следить за двумя точками одновременно. Мы продолжили работы в Роллрайте, но ограниченно, без непрерывных наблюдений, а также начали предварительные изыскания в хорошо сохранившемся круге Моэл-Тай-Учаф в Бервин-Маунтайнс, расположенном на достаточном удалении от Роллрайта.

Счётчик Гейгера в Ирландии

Проект сильно продвинулся вперёд осенью 1980 г, когда «Threshold Foundation» финансировал создание координационного центра. Фонд также пообещал оплатить расходы на оборудование и поездки в следующем году. И хотя проблемы финансирования временами казались непреодолимыми, 1981 г. принёс кое-какие результаты. Родни Хейл, инженер-электронщик с мировым именем, создал прототип улучшенного детектора ультразвука, снабжённого защитой от радиопомех, и самостоятельно повторил наши наблюдения за импульсами в Роллрайте. Используя детектор в режиме отключённой экранировки, он также выявил и аномальные радиосигналы на уровне поверхности в районе Король-камня.

Проект "Дракон" и говорящие камни. Фото Пола Деверо (8)Дон Робертс проводит радиометрические измерения в Моэл-Тай-Учаф. Такие исследования часто показывают наличие аномалий. Фото П. Деверё. Зафиксированные счётчиком Гейгера аномалии в Корнуолле. Преобладающая горная порода в Корнуолле – гранит, фоновое излучение должно быть несколько выше, чем в Роллрайте и, действительно, достигало 40 единиц. Но измерения уровня излучения в пределах двух гранитных каменных колец, возведённых на гранитном основании, показали, что оно существенно ниже – эффект даже производит впечатление мистификации. Уровень радиации, прослеженный в фугу (подземная пустота), выше фонового, что соответствует другим наблюдениям в замкнутых пространствах, таких как пещеры

В Моэл-Тай-Учаф, когда Пол Деверё вёл мониторинг в условиях отрицательных температур, обнаружена радиоактивная аномалия внутри кольца, а Джон Меррон, один из изначальных участников OM1, взял счётчик Гейгера в Ирландию, где выявил аномалии в местах нескольких древних поселений.

К лету оборудование было отремонтировано и возвращено в строй. Мы провели новые наблюдения в Роллрайте и в ряде других отдалённых мест. Мы провели в разъездах весь 1982 г. (хотя и приостанавливали всякую работу из-за свирепых морозов), так что нами был получен вполне убедительный профиль радиоактивного излучения в Роллрайте. Пока Родни Хейл заканчивал создание нового чувствительного ультразвукового датчика, мы провели более насыщенные выезды, сняв с помощью счётчика Гейгера показания в выбранных точках в окрестностях. Независимые дополнительные проверки радиоактивного излучения с использованием других датчиков и чувствительного сцинтилляционного детектора также подтвердили полученную нами картину как в Роллрайте, так и в Моэл-Тай-Учаф. Данные по аномальным участкам с повышенной или пониженной относительно фона радиацией были подтверждены. Избыточные измерения позволили обнаружить вариации в отдельных пятнах, порою на пределе фоновых значений, но иногда уровень был аномальным, как и тогда, когда они были выявлены впервые.

Сильные радиоактивные аномалии в Рол­лрайте, которые можно было бы назвать «всплесками», отмечены в противоположных квадрантах кольца независимыми наблюдателями, мы дважды фиксировали аномально высокие значения в узкой каменной арке в течение 2 или 3 минут. Если бы мы могли позволить себе непрерывно следить только за этой точкой, можно было бы установить, регулярны ли эти необычные вспышки. Сцинтилляционный датчик, который мы в ряде случаев использовали независимо от счётчика Гейгера, показал, что возвышенные участки в Роллрайте дают сильные всплески β-излучения, превышающие фоновое значение, также были обнаружены всплески активности α-излучения у Шепчущих рыцарей.

Когда мы накопили много тысяч усреднённых показаний – как в Роллрайте, так и в других местах в дополнение к контрольным измерениям, мы, наконец, стали размышлять о причинах и следствиях выстраивающейся картины. Наиболее очевидным объяснением всплесков радиоактивности могло быть то, что мы обнаруживали скопления радиоактивных минералов, чьё излучение превышало фоновое излучение в окружающей среде. Как известно, залежи радиоактивных минералов обнаружены в древних культовых местах США и Австралии, и обсуждение их роли занимает немалое место в этнологических и экологических дебатах в этих странах. Если причиною являются местные месторождения полезных ископаемых, это объяснило бы отсутствие подобных «горячих точек» в соседних и геологически смежных областях.

Проект "Дракон" и говорящие камни. Фото Пола Деверо (9)Родни Хэйл наблюдает за кварцевым частотомером в Роллрайте. Эти наблюдения также нередко позволяют получить интересные результаты.
Фото П. Деверё

Однако прослеживаемые вроде бы временные вариации, похоже, свидетельствуют против существования фиксированного источника радиоактивности. Изменения вполне могут быть следствием приливов и отливов подземных ручьев и грунтовых вод, выщелачивания радиоактивных компонентов из породы, но едва ли, как представляется, это позволит адекватно объяснить уровень аномалий. Излучение, которое мы обнаружили, может быть не связано с радиоактивностью как таковой: наше оборудование не делает различий между β-излучением и другими причинами выброса электронов (экзоэлектронов). Однако эмиссию экзоэлектронов или причины, почему они выделяются именно в этих точках, объяснить трудно.

Так уж получилось, что все полученные нами до сих пор данные относятся к области слабой радиоактивности и что наши гипотезы были связаны только с аномалиями повышенного фона. Однако, хотя высокие средние значения могут быть следствием ошибки, это не объясняет, почему показания были и аномально низкими. Мы пока не можем предложить каких-либо предварительных объяснений, хотя неполнота данных и пограничный характер эффектов, как представляется, требуют серьёзного статистического анализа.

Однако у нас теперь имеется эффектное дополнение к нашим данным – исследование радиоактивности в Корнуолле, который богат мегалитическими сооружениями. В Корнуолле имеется много гранита, от которого можно было бы ожидать высокого собственного уровня радиоактивности, что действительно наблюдалось вблизи Пензанс (см. рис.). Но мы также зафиксировали удивительно низкий уровень около двух гранитных кругов, как показано на том же рисунке; этот уровень достигает лишь половины от фоновых значений.

Однажды мы вновь окажемся в ситуации, когда наших собственных возможностей будет не хватать, а нас будет ждать ещё одна аномалия, выявленная при глубокой проверке данных. Такое разочарование грозит стать отличительной чертой всего «Проекта “Дракон”», но очарование тайны остаётся.

Дон РОБИНС, химик-неорганик, консультант «Проекта “Дракон”»
пер. с англ. С. ЕРМАКОВ, специально для «АНОМАЛИИ». Опубликовано в «АНОМАЛИИ» № 2, 2011